Архив/ Yoyo 📿

🤪🤪😜🤪🤑🤑😹😹👶🥷🏾🥷🏾🥷🏾🥷🏾🧜‍♂🧜‍♂🧜‍♂🧜🫃🫃👓🧏‍♂🧏‍♂🧏‍♂🧕🏾🧕🏾🧕🏾🧕🏾🐴🪱🐪🐫🐫🐪🐫🐫🐫🐫🌚🫯🫯🫯🍠🍠🍠🧈🦪🦪🕋🕋🕋💎💎💎

—Я не буду есть, понятно!!!!? Ни кусочка в рот не возьму, пока эти девки не прикроют свои волосы!!!! Пусть ходят в платках, пусть в шапках, пусть хоть мешок на голову наденут, мне все равно, лишь бы не видел эти их распущенные гривы, которые они трясут перед каждым, кто идёт по коридору!!!!!!!Я объявляю голодовку с этого самого момента, и если завтра утром кто-то из них выйдет без платка, я не притронусь ни к хлебу, ни к воде, ни к той дряни, которую тут называют супом. Я серьезно!!!!!😡😡😡😡

—Все в этой конуре дурачье🤮

—Моя мокрица, та самая, которая сбежала из под стакана, наверное, тоже была среди них, но я её не узнал, потому что все мокрицы похожи друг на друга, как солдаты в британской армии, только без формы. Я подумал: если я сейчас накрою всю эту дырку ладонью, то поймаю их всех сразу, и у меня будет целая армия мокриц, и я смогу называть их не только Мухаммадом, но и Халедом, и Камрой, и даже тем старым козлом Рэймондом, который не помнит моего имени! Но потом я представил, как они ползают по моей комнате, по подушке, по моим рукам, и мне стало не по себе, потому что их много, а я один, и если они решат, что я им мешаю, они уползут все сразу, и я останусь один с пустой дыркой и с мыслью, что даже мокрицы не хотят жить там, где живу я

—Я ползал по полу полчаса, заглядывал под кровать, под тумбочку, под батарею, но нашёл только пыль и окурок, который сам же туда закатил на прошлой неделе

🤍офе сегодня особенно вкусный.

🤍офе сегодня особенно вкусный.

—В первой комнате, куда я заглянул уже под вечер, лежал мужчина и та самая мерзкая девка, которая шаркает по коридору и заставляет меня вспоминать про 72 гурий. Они лежали рядом, и между ними тянулся провод, белый и тонкий и я не понял, то ли они слушали одну музыку на двоих, то ли этот провод заменял им веревку, которой можно связать друг друга, если кто-то из них попытается сбежать. Девка не шаркала, потому что она лежала, и ее пятки были спрятаны под одеялом, и я даже обрадовался, что не вижу их, но потом представил, что под одеялом они все равно есть, шаркают там по простыне, и мне снова стало мерзко до самой глубины, где живут мои несчастные гурии, которые, наверное, уже устали меня ждать и ищут другого мальчика, менее пугливого. Я закрыл дверь и пошел прочь, потому что смотреть на спящих людей оказалось еще скучнее, чем на пустые комнаты, а может быть, и страшнее, потому что спящие люди похожи на мертвых, только дышат, и это дыхание мешает понять, живые они или уже нет

—Я заглянул в четырнадцатую комнату. Там сидела девушка, совсем молоденькая, и она перебирала пальцами, как будто играла на невидимой дудочке, а ножками качала, как чадо. Она смотрела в телефон и улыбалась, и улыбка у нее была такая спокойная, что мне стало не по себе, потому что в этом отеле никто так не улыбается, разве что те, кто сделал что-то очень плохое и теперь радуется, что его не поймали. Я постоял, посмотрел на её пальцы, которые двигались как живые сами по себе, отдельно от нее, и пошёл дальше, потому что чужие пальцы не мое дело. У меня своих пальцев хватает, и они тоже иногда двигаются, когда я не прошу

—Мне нравится, что я могу спать до обеда